СПКЯ и инсулинорезистентность: как они связаны и почему об этом молчат

Пять лет. Три ЭКО. Больше миллиона рублей. И полная потеря веры в то, что я вообще смогу стать мамой. Ирина, 35, Казань. Диагноз — СПКЯ, синдром поликистозных яичников, плюс инсулинорезистентность. Три протокола ЭКО, океан гормонов, и после каждой неудачи одна и та же мысль: со мной что-то фундаментально не так.

А потом один врач сказал фразу, которая перевернула всё: «СПКЯ — это часто не проблема яичников. Это проблема инсулина». И я впервые за пять лет поняла, что мы всё это время лечили не то.

Давайте объясню механизм просто, потому что мне его никто не объяснял, а он ключевой. Представьте порочный круг. Высокий инсулин, когда клетки плохо на него реагируют и поджелудочная выбрасывает всё больше, ведёт к избытку мужских гормонов, андрогенов: инсулин подстёгивает яичники их производить. Дальше нет нормальной овуляции, фолликулы не созревают, отсюда «поликистоз» на УЗИ. Копится лишний вес, особенно на животе, легко копится, тяжело уходит. А лишний жир ещё сильнее гонит инсулинорезистентность. И круг замыкается.

Гормоны для стимуляции бьют по последнему звену, по овуляции. А корень, инсулин, остаётся нетронутым. Поэтому «попейте гормоны» так часто не срабатывает вдолгую: лечится следствие, а причина крутит колесо дальше.

Какие анализы помогают увидеть связь СПКЯ с инсулинорезистентностью:

• Инсулин натощак — базовый уровень инсулина в крови.
• Индекс HOMA-IR — расчётный показатель инсулинорезистентности по глюкозе и инсулину натощак.
• Глюкоза натощак — базовый показатель углеводного обмена.
• Андрогенный профиль (тестостерон, ГСПГ и другие) — избыток мужских половых гормонов при СПКЯ.
• ЛГ и ФСГ — гормоны, отражающие работу яичников и овуляцию.

Расшифровку и решение о лечении делает только врач — эндокринолог или гинеколог-репродуктолог.

Что изменилось у меня, когда стали смотреть на корень. Появились анализы, которых мне раньше не назначали: индекс HOMA, инсулин натощак, полный андрогенный профиль, а не только «сдайте гормоны». Оказалось, картина была видна давно. Дальше — работа с эндокринологом, коррекция питания под инсулинорезистентность и снижение веса. Через полгода первая за годы самостоятельная овуляция. Ещё через два месяца две полоски. Естественным путём, без протокола. Сыну сейчас два года.

Я пишу это не чтобы сказать «ЭКО зло». Ничего подобного. ЭКО спасает тысячи семей, и кому-то оно необходимо. Я против другого: против того, чтобы годами и деньгами лечить следствие, ни разу не проверив причину.

Если у вас СПКЯ, задайте своему врачу вопрос про инсулинорезистентность, спросите про индекс HOMA. Может, это ваш случай, может, нет. Но об этой связи молчат непозволительно часто, а стоит она женщинам лет жизни.

Вы не сломанные. У меня корень нашёлся через пять лет. Жаль, что не через один. Ищите его раньше, чем я.